Евразийский вызов: что придет на смену уходящей эпохе нефтяного изобилия?

Среда, 28 марта 2018 04:00 Автор  размер шрифта уменьшить размер шрифта уменьшить размер шрифта увеличить размер шрифта увеличить размер шрифта

Место государств ЕАЭС в мире определит их способность выстроить инновационную экономику. У евразийской пятерки есть потенциал, но он используется недостаточно. Смогут ли страны совершить четвертую промышленную революцию, минуя предыдущие, обсуждали участники круглого стола «Евразийская экономика знаний: инструменты взаимодействия и научный подход», организованного в Алматы общественным фондом «Мир Евразии».

Три кита интеграции

Эпоха нефтяного изобилия подходит к концу, стране требуется новое качество развития, отметил, выступая в январе этого года с традиционным посланием народу Казахстана Нурсултан Назарбаев. Президент Казахстана подчеркнул, что развитие должно основываться в первую очередь на широком внедрении элементов четвертой промышленной революции. Его российский коллега Владимир Путин, выступая 1 марта с ежегодным посланием Федеральному Собранию, также говорил о технологическом потенциале, который позволяет совершить настоящий рывок в повышении качества жизни людей, в модернизации экономики, инфраструктуры и государственного управления.

Лидеры ЕАЭС в данном вопросе смотрят в одном направлении, к тому же именно в рамках интеграционного объединения легче совершить тот самый качественный рывок.

Инновации, наука и производство в настоящее время являются тремя китами развития евразийской экономической интеграции. Любое региональное объединение устойчиво, если учитывает мировые тренды. В их числе – значительное увеличение объема умственного труда во всех сферах деятельности. В настоящее время доля стран-участниц ЕАЭС на рынке наукоемкой продукции – будем говорить прямо – низка и не соответствует имеющемуся потенциалу. В рейтинге по уровню расходов на научно-исследовательские работы наши страны занимают далеко не самые высокие места. Внедрение инноваций, обмен научно-техническими знаниями, создание коллективных научных продуктов могли бы поднять уровень их конкурентоспособности, поэтому сотрудничество в данной сфере является важной темой в рамках идущих интеграционных процессов.

Сегодня все государства в мире заинтересованы в инновационном развитии промышленности и экономики в целом. При этом, как отметил главный редактор информационно-аналитического центра Caspian Bridge, политолог Замир Каражанов, в развитых странах расходы на научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки составляют примерно 3% от ВВП. У лидеров евразийской интеграции расходы на НИОКР существенно ниже, а кроме того, есть значительная разница в объемах финансирования внутри интеграционного объединения. В России этот показатель равен 1,2% от ВВП, в Беларуси – 0,7%, а в Казахстане – 0,2%.

«Сдержанные расходы на науку и технологии говорят о том, что пока инновации не могут нас объединять, – сказал З. Каражанов. – Но, несмотря на статистику и пессимистичные выводы, уверен, что нашим странам придется заняться инновационным развитием. Современный мир не может существовать без технологий. Даже в лидирующих компаниях отмечают, что сегодня ноу-хау хватает на полгода, после чего компания теряет преимущества. Изобретение смартфона когда-то вырвало вперед одну всем известную компанию, а сегодня подобные аппараты делают уже малоизвестные фирмы. Инновации – это уже не престиж, а условие выживания».

Пришла пора меняться

У стран ЕАЭС есть большой задел для развития инновационных сфер – это и образованное население, и высокий научный потенциал, говорят эксперты. Но есть ряд проблем и задач, которые необходимо решать.

«На сегодняшний день говорить о том, что в Казахстане есть все необходимые компоненты для построения экономики знаний, не приходится. Для этого должны присутствовать все элементы цепочки взаимодействий между наукой и экономикой: обеспечение необходимыми ресурсами, как финансовыми, так и материально-техническими, устойчиво развивающаяся фундаментальная наука, создающая инновации прикладная наука, налаженный трансфер знаний и технологий в реальную экономику, обусловленная этим растущая заинтересованность бизнеса в развитии науки. Мы же в Казахстане до сих пор в определенной степени сидим на советском наследстве – пользуемся устаревшей исследовательской инфраструктурой, парком научного оборудования, да и многие научные кадры сформировались как ученые еще в советское время», – констатировал старший научный сотрудник Евразийского научно-исследовательского института Даурен Абен.

При этом, как отмечали эксперты, в западных странах в развитие инновационных технологий и производств вкладывается бизнес. На постсоветском пространстве предприниматели пока не проявляют большой активности. В настоящее время инвестиции в научные исследования, как правило, венчурные, сопряженные с высокой степенью риска. Здесь прибыль достигается за счет высокой отдачи от наиболее удачных инвестиций, как правило, в инновационные компании. То есть можно вложиться в пять проектов, из которых «выстрелит» только один. Поэтому, если в инновации вкладываются государственные деньги, возникают проблемы (проверки, ответственность, упреки в нерациональном расходовании средств и т.д.). Если же вкладывается в инвестиции частный бизнес, то риски, как правило, просчитаны.

Таким образом, развитие экономики знаний должно быть связано с тем, чтобы в странах ЕАЭС имелись оптимальные условия для ведения бизнеса. «Отечественному бизнесу проще купить готовые ноу-хау за рубежом, чем вкладываться в перспективные исследования казахстанских инноваторов. Значит, следует предоставлять налоговые послабления и льготы тем представителям деловых кругов, которые делают долгосрочные инвестиции в науку», – предложил Даурен Абен.

К сожалению, в постсоветских странах не у всех есть понимание, что такое инновации. Это слово используется как мантра и ассоциируется с компьютерными технологиями, мобильными системами. Между тем важным признаком развития экономики знаний является специализация. Предприятия концентрируются на том, что умеют делать лучше других. Например, французская компания Bic занимается изготовлением всего трех одноразовых предметов – шариковых ручек, бритв и зажигалок. И покоряет до сих пор своими товарами весь мир, потому что они дешевы, качественны и практичны. Стоит напомнить, что привычная для всех нас шариковая ручка тоже являлась в свое время инновационным продуктом. Долгое время не могли наладить ее качество, а Bic выпустила свою собственную ручку, которая к тому же стоила дешевле, чем у конкурентов. Она покорила миллионы пользователей и вскоре перестала быть инновацией.

Но и в плане новейших технологий задел для развития в странах Евразии тоже имеется. Так, в Казахстане большой потенциал имеет сфера возобновляемых источников энергии. Правда, пока ее развитие ограничивается декларациями, заметил Замир Каражанов: «В Испании за короткий промежуток времени долю альтернативной энергетики смогли довести до 20%, то есть каждый пятый киловатт энергии был получен за счет ветра или солнца. У Казахстана лучшие условия для развития альтернативной энергетики: больше солнечных дней, обдуваемых пространств, пустой территории. У нас есть даже месторождения жильного кварца, из которого делают металлургический кремний на заводе, имеется производство солнечных модулей. Но при этом доля альтернативной энергетики, по мировым меркам, критически мала. В той же Испании или Германии удалось быстро нарастить долю альтернативной энергетики потому, что государство разделяло риски с бизнесом и населением – субсидировало переход на альтернативные источники энергии, пересматривало принципы налогообложения. А у нас электромобили надо растаможивать на границе как бензиновое авто. Безусловно, мы могли бы стать мировыми лидерами по альтернативной энергетике, но для этого нужны серьезные изменения».

Странам ЕАЭС нужна общая стратегия

Государства ЕАЭС способны помочь друг другу реализовать амбициозные задачи, используя преимущества интеграции и почти утерянную, но еще не забытую кооперацию между бывшими советскими республиками, отметили участники дискуссии. Основа для такого взаимодействия создана – евразийские технологические платформы определены в ЕАЭС в качестве ведущего инструмента формирования инновационной экономики, стимулирования постоянного технологического обновления и повышения глобальной конкурентоспособности промышленности. В рамках этих платформ обсуждается более 200 совместных кооперационных проектов.

«Помимо модернизации национальных инновационных систем, надо развивать и наднациональную инновационную систему ЕАЭС. Пока о ней говорить еще рано – нет ни документов, ни организации, которая бы этим занималась, – сказала профессор кафедры международных отношений и мировой экономики факультета международных отношений КазНУ имени аль-Фараби директор Центра евразийских исследований Галия Мовкебаева. – Необходимо развивать инновационное сотрудничество между странами ЕАЭС, делая акцент на таких приоритетных направлениях, как биотехнологии, машиностроение, фармацевтика, медицина, аэрокосмическая отрасль, информационные технологии. Положительный опыт уже есть: это тесное сотрудничество России и Беларуси, Казахстана и России в сфере военно-промышленного комплекса».

Г. Мовкебаева также добавила, что у каждой страны ЕАЭС есть своя стратегия инновационного развития, но они, к сожалению, не согласованы друг с другом, политики не скоординированы. Необходимо создать общую программу, подобную той, которая существует в ЕС, полагает профессор. Кроме того, необходимы создание евразийских инновационных кластеров, куда входили бы бизнес-инкубаторы, технологические парки, совместные научно-исследовательские, опытно-конструкторские организации, а также сближение систем профессионального образования, по крайней мере в тех отраслях, в которых предполагается взаимодействие.

«Без интеграции не на бумаге, а реальной, прорывных вещей не появится, – заметил старший преподаватель кафедры «Государственная и общественная политика и право» университета AlmaU Александр Губерт. – Пример в космонавтике: давно говорится о том, что создание космического ракетного комплекса «Байтерек» является самым крупномасштабным совместным казахстанско-российским проектом на постсоветском пространстве. Но проект обещают запустить только в 2025 году. Только три года назад казахстанских специалистов допустили до участия в запуске «Протонов». Новый ракетоноситель «Феникс» только начнет проектироваться, и по нему еще много вопросов. Ограничения с точки зрения секретности или безопасности разделяют некогда единые научные школы. Если на западе эти границы размыты с точки зрения интересов бизнеса, ТНК работают и им без разницы, где тот или иной товар делается, то в наших краях разделение по многим параметрам не преодолевается».

Проблемы решаемы, и от стран ЕАЭС зависит, превратятся ли декларации в реальные дела. Об этом говорят и главы евразийских государств, которые подчеркивают: совершим мы рывок в экономику будущего или нет, зависит только от нас. Несмотря на серьезное технологическое отставание, наши страны способны реализовать четвертую технологическую революцию, вопреки расхожему мнению, что достичь этого, минуя предыдущие этапы, нельзя, уверены эксперты.

Четвертая промышленная революция – это не только тотальное внедрение новейших технологий. Это, прежде всего, новое мышление, выстраивание взаимодействия между людьми на иных принципах. Экономика знаний, постиндустриальная экономика формируется именно в результате растущей роли человека и результата его деятельности – интеллектуального капитала.

 

Источник

Прочитано 505 раз
Оцените материал
(0 голосов)

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

  • Популярные
  • Комментарии