Сельхозвредителям в ЕАЭС не поздоровится. И это все?

Среда, 18 апреля 2018 04:00 Автор  Алексей ЧИЧКИН размер шрифта уменьшить размер шрифта уменьшить размер шрифта увеличить размер шрифта увеличить размер шрифта

Минимум четверть фактического товарооборота между Россией и другими странами ЕАЭС, по оценкам экспертов Федеральной таможенной службы, Минпромторга РФ и российских отраслевых ассоциаций, приходится на товары, ввозимые в РФ с поддельными документами. То есть в основном из стран вне ЕАЭС, да еще вдобавок по заниженным ценам (т.е. по демпингу).

Если точнее – в странах-партнерах РФ по Евразийскому союзу эти товары перемаркировываются как изготовленные якобы в этих странах. В связи с беспошлинным и фактически бесконтрольным таможенным режимом между странами ЕАЭС эти товары беспрепятственно поступают в Россию. Причем до 70-75% такого ассортимента – это продовольствие, текстильная и другая продукция массового спроса.

До сих пор в ЕАЭС-регионе отсутствует единая межгосударственная система товаропродвижения. Страны Союза не согласовали друг с другом правовые и одновременно экономические категории: «демпинг», «фальсификат», «страна происхождения товара», «незаконный транзит», «незаконный реэкспорт». Вдобавок нет и единой системы контроля безопасности для продукции, ввозимой из других стран Союза и транзитом через эти страны.

Только в конце нынешнего марта наметилось сближение позиций по этим вопросам. Но пока – только сближение. Участники Совета Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) 30 марта обсудили, по официальной информации, «архитектуру системы прослеживаемости товаров в ЕАЭС. Внесены изменения в Единые фитосанитарные требования и Единый перечень карантинных объектов ЕАЭС». Точнее – расширены примерно на треть и реестр этих требований, и сам перечень карантинных продуктов. Последние – это в основном продукция животноводства, растениеводства и рыбное сырье.

О том, что в Союзе отсутствует межгосударственная система товаропродвижения, заявил на заседании Совета ЕЭК, хотя и в косвенной форме, первый вице-премьер РФ Игорь Шувалов: упомянутая «система прослеживания создана, прежде всего, для обеспечения прозрачности всего комплекса таможенных процедур. Это направление – среди приоритетов нашей совместной работы. Мы рассчитываем на активное сотрудничество со всеми странами Союза в этой сфере».

Стороны договорились о реализации пилотных проектов в рамках предлагаемой системы. Если точнее, это «проекты по маркировке и прослеживаемости товаров на базе цифровой платформы товаров ЕАЭС (т.е. на основе электронного перечня всех товаров, взаимопоставляемых странами ЕАЭС. – Ред.). И проекты по мониторингу транзитных перевозок через страны-члены ЕАЭС».

Цель этих проектов понятна, очевидна и их актуальность. В то же время речь не идет, подчеркнем, об апробации единого механизма товаропродвижения/прослеживаемости. Ибо, как заявил на Совете ЕЭК глава её коллегии Тигран Саркисян, после реализации пилотных проектов «станет понятно, какие системы можно будет имплементировать в странах ЕАЭС для обеспечения прослеживаемости». И за счет «общей архитектуры должно быть обеспечено сопряжение национальных проектов по прослеживаемости».

Иными словами, национальные системы, пусть и более сопряженные друг с другом, все же в названной сфере сохранятся, и опять-таки не обозначены сроки введения в действие единого мониторинга по товаропродвижению внутри ЕАЭС. Впрочем, такого рода «сепаратизм» не в последнюю очередь обусловлен высокой доходностью такого бизнеса. По имеющимся данным, в странах-партнерах РФ по Евразийскому союзу действует минимум 100 фирм, специализирующихся на незаконном реэкспорте иностранной продукции. В России число таковых – не меньше. А это не только, скажем так, высокостабильные доходы, но еще и перечисления в местные бюджеты – легальные или посредством легальных фирм-посредников.

Между тем полу- и нелегальный товаропоток в РФ из зарубежья через другие страны Союза – это весьма широкий потребительский ассортимент. Включающий, например, и турецкие помидоры, и восточноевропейскую или украинскую мясомолочную продукцию, притом низкого качества, и продукты из пальмового масла, выдаваемого за сливочное или растительное, и товары легпрома из вредных для здоровья сырья или полуфабрикатов.

А связаны такой ассортимент и его крупные объемы еще с двумя внешнеэкономическим факторами. Во-первых, страны-партнеры по ЕАЭС поныне не участвуют в ответных сельхозимпортных санкциях России. И, во-вторых, в тех же странах сохраняется низкий уровень ввозных пошлин в сравнении как с российскими, так и с предусмотренными Единым таможенным тарифом ЕАЭС.

В ходе недавней «Российской недели текстильной и легкой промышленности» в Москве (20-23 марта с.г.) многие российские эксперты отмечали, что географический масштаб и объем российского потребительского рынка несопоставимы с этими показателями по другим странам Союза. Отсюда нацеленность именно на Россию и незаконного реэкспорта из этих стран, и самих зарубежных производителей реэкспортных товаров. А поскольку в РФ, как пояснил автору президент СОЮЗЛЕГПРОМа Андрей Разбродин, «сохраняется низким платежеспособный спрос потребителей, в страну ввозится – через страны ЕАЭС – в растущем объеме демпинговая и одновременно низкокачественная продукция. Но на качество большинство российских потребителей внимания не обращает: главное, была бы она дешевой. И тем более привлекательна дешевизна, если та же продукция «проштампована» марками известных зарубежных брендов и изготовлена якобы во Франции, США, Швейцарии».

Что же касается единой системы отслеживания товаров и оценки их качества, то, по мнению А. Разбродина и многих других экспертов, её не может быть в принципе, пока страны Союза не договорятся о едином по всему ЕАЭС механизме контроля над внешнеторговыми операциями. И не откажутся от использования режима свободной торговли в ЕАЭС исключительно в пользу своих производителей, экспортеров и импортеров.

Тем временем хотя бы на одном направлении – в сфере обнаружения и изъятия продовольствия, пораженного сельхозвредителями, в рамках взаимопоставок и транзита через страны Союза последние добились некоторого прорыва. На упомянутом выше заседании Совета ЕЭК уточнены и расширены, по официальной информации, реестр «требований, предъявляемых к подкарантинным видам продукции и к объектам на таможенной границе ЕАЭС, а также Единый перечень карантинных объектов (ЕПКО) ЕАЭС». Сообщено, что эти «актуализированные документы помогут предотвратить проникновение в Союз более полусотни вредителей сельскохозяйственных культур».

Подкарантинная продукция – это, заметим, свыше 70% совокупного ассортимента взаимных поставок сельхозпродукции и ее транзита между странами ЕАЭС. В соответствии с означенным решением теперь более 80% ассортимента включено в ЕПКО. Что весьма актуально: в регионе Союза к концу 2017 г. число запретов и ограничений на сбыт и транзит «начинённого» сельхозвредителями продовольствия, произведенного в странах ЕАЭС, возросло почти в полтора раза в сравнении с началом 2010-х.

Но очевидно, что совместные меры в данной сфере, наконец-то согласованные, – лишь небольшая часть процесса выстраивания единой, притом комплексной системы контроля за ввозом, реэкспортом и сбытом товаров, как и за их качеством в регионе Евразийского союза. Системы, повторим, всё более востребованной в рамках евразийской экономической интеграции.

 

Источник

Прочитано 647 раз
Оцените материал
(0 голосов)

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

  • Популярные
  • Комментарии