Как изменилась украинская историческая память после майдана

Понедельник, 22 мая 2017 04:00 Автор  Петр Петровский размер шрифта уменьшить размер шрифта уменьшить размер шрифта увеличить размер шрифта увеличить размер шрифта

После событий на майдане в Украине предпринимаются попытки резко трансформировать историческую память общества. Верховная Рада уже успела запретить «гвардейские ленты», символику УССР и всего коммунистического движения. Теперь в украинском парламенте появляются законопроекты, направленные на дискриминацию Украинской Православной Церкви.

Отменяются праздники, под угрозой статус Дня Победы 9 мая. Изменяются программы преподавания по предметам социо-гуманитарного профиля. Что делают с общественным сознанием украинцев и чем это чревато? Об этом «Евразия.Эксперт» побеседовал с редактором украинского интернет-издания «Ліва» Андреем Манчуком.

- Историческая политика в Украине сегодня направлена на нивелирование памяти об УССР и ее достижениях. Насколько удалось продвинуться в этом направлении? Возможен ли в будущем откат, пересмотр отношения к советскому прошлому в лучшую сторону?

- Опыт Украины, прежде всего, показывает, что массированная информационная пропаганда, при одновременном введении идеологической цензуры, может за считанные годы серьезным образом переформатировать историческую память и общественное сознание в целом. В это не верят некоторые из моих белорусских знакомых, но многие украинцы, которые сейчас полностью восприняли историческую концепцию националистов, в свое время с уважением относились к советскому наследию, признавая его достижения, опираясь на традиции своих семей.

Однако многолетняя кампания в СМИ, которой занималась простимулированная различными грантовыми программами интеллигенция, понемногу изменила это отношение, продвигая в обществе свои ревизионистские мифы. Кстати, это делалось совершенно осознанно и открыто. Например, когда-то я опубликовал на сайте «Историческая правда» посвященную этой теме статью, и она не встретила каких-то особых возражений со стороны редакторов этого сайта. Просто они считали такую политику правильной и необходимой.

Важной вехой в этом процессе стал майдан 2004 г. После прихода к власти президент Виктор Ющенко придал националистической пропаганде статус государственной политики и основал Украинский институт национальной памяти, который курировал эту политику в статусе субъекта исполнительной власти, и тесно сотрудничал в этом направлении со Службой безопасности Украины.

Чтобы на этом пути произошел некий откат назад, в Украине должна появиться сколько-нибудь мощная альтернатива информационной пропаганде исторических концепций националистов. Нужны специализированные фонды и СМИ, в которых были бы задействованы объективные влиятельные историки – а такие специалисты есть в Украине – которые занимались бы разоблачением националистической мифологии, доказывая ее научную несостоятельность и огромный вред для страны. Но проблема в том, что сейчас их критика запрещена на законодательном уровне, и многие честные ученые боятся подвергнуться остракизму.

- Акция по празднованию 9 мая в Киеве в 2017 г. была достаточно массовой, несмотря на угрозы и провокации. Говорит ли это о том, что попытки вычеркнуть из украинского общественного сознания День Победы потерпели крах?

- Безусловно, массовое участие в акциях 9 мая стало формой пассивного сопротивления власти, которая пока не решилась отменить празднование этой даты. Это превратило 9 мая в своеобразную отдушину для протестных настроений, которые очень сильны в обществе. При этом, нужно учитывать, что многие люди побоялись выйти на улицу вследствие прямых угроз со стороны националистов. В действительности сторонников праздника существенно больше.

Все это вызывало крайне нервную реакцию националистической публики, которая увидела мобилизующий потенциал этой даты и наверняка попробуюет лишить 9 мая статуса выходного дня, чтобы уменьшить количество участников таких митингов. Однако это будет уже через год, который будет очень бурным.

- Складывается ощущение, что власть стала менее жестко относиться к подобным акциям. С чем Вы это связываете?

- Очевидно, что власть не может себе позволить разгонять демонстрации на 9 мая так, как она сделала бы с любой крупной акцией социального протеста. Символическое значение этой даты до сих пор велико. Кроме того, праздник совпал с «Евровидением» в Киеве, и правительство не было заинтересовано в «кровавой» картинке для СМИ. Однако если власть почувствует в таких акциях угрозу, сила будет применена без колебаний. А ведь есть еще упомянутые выше радикальные ультраправые.

И хотя в Днепропетровске и Киеве полиция защитила от них акции памяти, уже на следующий день глава МВД публично встал на сторону националистов, уволив полицейских офицеров, которые рискнули дать им отпор. И такие правые группы тоже могут быть использованы для разгона акций.

- Какова сегодня официальная трактовка праздника Победы 8-9 мая в Украине?

- Перенос официального празднования с 9 на 8 мая, которое объявлено «Днем памяти и примирения», является плохо замаскированной попыткой пересмотра итогов Второй мировой войны. В сущности, украинцам предлагают примириться с идеологическими наследниками коллаборировавших с гитлеровцами националистов, участников еврейских погромов и массовой резни волынских поляков.

На самом деле, это крайне тревожный прецедент в общеевропейском и глобальном масштабе. Ведь во Франции, Великобритании или США никто не предлагает назвать победу примирением, примирившись с идеологией и практикой поверженного в 1945 г. нацизма, тем самым объективно поставив под сомнение результаты Второй мировой.

Впрочем, в Украине имеет место вовсе не попытка формального примирения. Несмотря на демагогию функционеров Украинского института национальной памяти, ясно, что они считают своей стороной в войне именно формирования националистического подполья, а не семь миллионов воевавших в Красной армии украинцев, которые якобы защищали СССР «по неведению или принуждению». А поскольку практически все героизированные лидеры ОУН и УПА [запрещенные в РФ организации - прим. «ЕЭ»] сотрудничали с нацистами, как минимум, в течение 1939-1943 гг., гитлеровская Германия, которой они служили, объективно рассматривается как «меньшее зло» по сравнению с абсолютно демонизированным сегодня сталинским СССР. Хотя громко говорить об этом пока не принято – напротив, в ходу попытки сравнить с гитлеровским Рейхом нынешнюю Россию.

Кроме того, лукавая риторика о примирении плохо сочетается с переименованием многих топонимов, связанных с именами бойцов РККА, с уничтожением памятников и постоянными попытками очернить имена этих людей, которые предпринимают националистические историки и журналисты. Или с отношением к празднованию 9 мая, которое вполне открыто называют «пророссийским» и «антиукраинским» по своей сути праздником. Конечно, это лицемерие – на самом деле, речь идет не о попытках найти реальный исторический компромисс, а о намерении переписать историческую память общества.

 

Беседовал Петр Петровский 

 

Источник

Прочитано 214 раз
Оцените материал
(0 голосов)

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

  • Популярные
  • Комментарии