Молодые да ранние: сильные и слабые стороны нового поколения казахстанской элиты

Понедельник, 26 февраля 2018 05:00 Автор  Жанар Тулиндинова (Астана) размер шрифта уменьшить размер шрифта уменьшить размер шрифта увеличить размер шрифта увеличить размер шрифта

Два ключевых назначения нынешнего года – первого заместителя председателя партии «Нур Отан» и министра труда и социальной защиты – четко обозначили приверженность высшего руководства страны тренду на омоложение политического и управленческого аппарата в Казахстане.

Однако всегда ли молодость является бесспорным преимуществом для управленца высшего звена?

И 47-летний Маулен Ашимбаев, сменивший 57-летнего Мухтара Кул-Мухаммеда на посту первого зампреда партии власти, и 38-летняя Мадина Абылкасымова, занявшая позицию министра труда и соцзащиты вместо «уставшей» 53-летней Тамары Дуйсеновой, относятся к категории блестящих перспективных чиновников, взращенных в парадигме современной казахстанской политической системы.

Предполагается, что молодое поколение казахстанских чиновников обладает неоспоримыми преимуществами перед своими более зрелыми предшественниками – они не отягощены «советским прошлым» и устаревшими управленческими стереотипами, лучше образованно – как правило, молодые казахстанские чиновники, если даже они не имеют базового западного образования, получили дополнительную степень магистра зарубежного вуза – наконец, они априори считаются более креативными, технократичными и лучше вписывающимися в реалии цифровой экономики.

Первые инициативы молодых назначенцев вполне соответствуют этим представлениям. Так, Мадина Абылкасымова, едва вступив в новую должность, представила в Мажилисе проект закона, в котором, к примеру, предусмотрено создание виртуальных центров занятости - единой онлайн-платформы по всем вакантным рабочим местам и всем населенным пунктам. Помимо этого безработные теперь смогут общаться с центрами занятости через информационно-коммуникационные технологии или мобильный телефон.

Впрочем, на депутатов и общественников, присутствовавших на презентации, эти цифровые фишки, придуманные командой нового министра труда, не произвели вау-эффекта. К примеру, такой «обломок доцифровой эпохи» как глава республиканской ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий Николай Радостовец призвал Абылкасымову отозвать сырой законопроект. По мнению опытного общественника, документ в его нынешнем виде не способен решить вопросы с трудоустройством, поскольку содержит только отчетность и мониторинг, в то время как стимулы для самозанятых выйти «из тени» в нем не прописаны.

А спикер Мажилиса Нурлан Нигматулин и вовсе без обиняков заявил «дебютантке», что собравшиеся не поняли и половину из сказанного министром. Таким образом, поколенческий разрыв может сыграть злую шутку с молодыми назначенцами.

Несомненным преимуществом молодых управленцев считается наличие западного образования, которое предполагает также свободное владение английским языком. Трудно не согласиться с тем, что отсутствие или невысокий уровень языковой подготовки является слабым местом старшего поколения казахстанской элиты, маркируя ее как «провинциальную».

Во второй части статьи «Коллективный портрет казахстанской элиты» мы приводили данные о количестве выпускников западных вузов и стипендиатов президентской программы «Болашак» среди политических госслужащих в Казахстане. Как оказалось, их не слишком много – 30 или около 11%. Однако они занимают значительные позиции в госаппарате (к примеру, вице-премьер Аскар Жумагалиев, министр юстиции Марат Бекетаев, министр образования науки Ерлан Сагадиев, министр здравоохранения Елжан Биртанов, министр национальной экономики Тимур Сулейменов) и стоят первыми в очереди на высокие назначения – это ярко продемонстрировал пример Мадины Абылкасымовой, имеющей магистерскую степень Колумбийского университета и Школы управления имени Джона Ф. Кеннеди Гарвардского университета. Маулен Ашимбаев также имеет степень магистра международных отношений, полученную в американском университете.

Наличие западного образования, вероятно, предполагает и наличие неформальных связей с западном истеблишменте, что также является преимуществом нового поколения казахстанских чиновников.

В то же время первое, что бросается в глаза при изучении биографии молодых чиновников, так это высокий карьерный старт и отсутствие работы на низовом уровне, что называется, на земле. Если предшественница Абылкасымовой Тамара Дуйсенова имела опыт работы на уровне района – в 90-е годы она работала в Сарыагашской районной администрации (Южно-Казахстанская область), пройдя путь от старшего экономиста до первого заместителя акима, то трудовая деятельность Мадины Абылкасымовой протекала исключительно в стенах центральных государственных органов. Начав карьеру с позиции главного специалиста Агентства Республики Казахстан по стратегическому планированию, в 24 года она уже возглавлял управление управления стратегического планирования Министерства экономики и бюджетного планирования РК. А в 28 заняла ответственную должность заместителя заведующего социально-экономическим отделом Канцелярии премьер-министра. С тех пор статус Мадины Ерасыловны не опускался ниже вице-министерского.

Разумеется, при такой головокружительной карьере новому министру труда не приходилось ни разу сталкиваться лицом к лицу со своей нынешней клиентурой – пенсионерами, безработными, малоимущими получателями социальных пособий. И, скорее всего, она знакома с ними только по отчетам своих новых подчиненных и имеет весьма условное и абстрактное представление об их потребностях и проблемах.

Кстати, отсюда вытекает еще один момент – среди управленцев новой волны все чаще можно встретить «универсальных менеджеров», которые могут получить назначение в любой сфере, поскольку якобы обладают универсальными навыками управления, в ущерб «специалистам узкого профиля».

Самым ярким примером такого «универсального менеджера» можно назвать нынешнего вице-премьера Ерболата Досаева, во время пребывания которого в должности министра здравоохранения в 2004-2006 годах произошло массовое заражение детей в Южно-Казахстанской области вич-инфекцией, после чего он был отправлен в отставку. Примечательно, что после этого трагического инцидента назначение в Министерство здравоохранения начали получать только чиновники с медицинским образованием и соответствующим опытом (если не считать короткого периода пребывания сферы здравоохранения в составе Минтруда и социального развития). Вероятно, это свидетельствует о признание того, что в некоторых сферах общественной жизни универсальных управленческих навыков все-таки недостаточно – нужно ко всему знать и специфику отрасли.

Яркий пример преобладания в руководстве отраслью «неспециалистов» - нынешний состав Министерства образования и науки. Хотя министр Ерлан Сагадиев и имеет опыт руководства Университетом международного бизнеса, в числе его замов нет специалистов, работавших в сфере среднего образования. Один из его замов Бибигуль Асылова – финансист, другой Асланбек Амрин – технарь, возглавлявший несколько лет «Национальное агентство по технологическому развитию». Следует ли удивляться тому, что Министерство образования сотрясают бесконечные скандалы. А решение о масштабном реформировании средней школы посредством внедрения трехъязычия принимается с легкостью людей, знакомых с бенефициарами реформы – детьми школьного возраста – исключительно по статистическим отчетам.

Еще одним слабым местом многих казахстанских чиновников новой волны является отсутствие опыта работы в регионах. И Мадина Абылкасымова, и Маулен Ашимбаев, и еще десяток других молодых перспективных управленцев – к примеру, министр финансов Бахыт Султанов, министр национальной экономики Тимур Сулейменов – провели свою трудовую деятельность исключительно на отполированном до блеска паркете столичных коридоров власти.

Можно предположить, что все эти особенности молодого поколения казахстанской элиты обуславливают некоторую оторванность от «низкой прозы жизни» и «прожектерство» его представителей. Пока их, конечно, подстраховывают старшие коллеги, которые, несмотря на порицаемую сегодня в Казахстане «советскость», имеют и больше опыта работы на земле, и бэкграунд в других сферах, помимо госслужбы. Но по мере продолжения процесса обновления и омоложения казахстанской элиты ее представителям предстоит найти баланс между блестящим образованием и универсальностью и умением разглядеть сквозь строчки чиновничьих отчетов конкретного человека с его конкретными приземленными потребностями.

Источник

Прочитано 229 раз
Оцените материал
(0 голосов)

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

  • Популярные
  • Комментарии