На таджикско-афганской границе стремительно зреет новый очаг напряженности

Москва призвала Душанбе и Кабул к поиску вариантов урегулирования напряженности на границе. «С обеспокоенностью наблюдаем за нарастанием напряженности в таджикско-афганских отношениях на фоне обоюдных резких заявлений лидеров двух стран. Появились сообщения о стягивании сторонами вооруженных сил к общей границе… Призываем Душанбе и Кабул к поиску взаимоприемлемых вариантов урегулирования сложившейся ситуации», - заявил на брифинге в минувший четверг замглавы Департамента информации и печати МИД России Алексей Зайцев.

По информации движения «Талибан»*, только в приграничной афганской провинции Тахар уже размещены десятки тысяч бойцов спецподразделений, подчеркнул А. Зайцев, также отметив, что сложности наблюдаются в социально-экономической сфере страны: сократилось промышленное производство и растут цены.

«Отмечается сокращение оборота наличных денег, банковский сектор страны парализован. Подавляющее число бюджетников, включая талибских военных, не получают зарплаты. В этих условиях мы обратили внимание на решение Минфина США, разрешающее госучреждениям, международным организациям и неправительственным организациям предоставлять гумпомощь Афганистану. Рассматриваем это как положительный сигнал, тем более что на США лежит основная доля ответственности за происходящие сегодня процессы в Афганистане», - добавил представителя МИД РФ.

По его словам, позитивная реакция последовала от движения «Талибан». «Отмечаем очередное заявление официального представителя движения о намерении прекратить контрабанду наркотиков из Афганистана. Рассчитываем на активную работу властей, направленную на купирование наркоугрозы», - заключил он.

Действительно, определенные позитивные подвижки имеются и, с одной стороны, излишне драматизировать ситуацию не стоит. Вооруженные формирования движения «Талибана» вплотную приблизились к границам Таджикистана еще в середине этого десятилетия, продвигаясь по территории Афганистана, когда взяли под свой контроль почти 80% провинции Бадахшан, граничащей с бывшими постсоветскими республиками Средней Азии.

В то же время не следует забывать, что террористы «Исламского государства»* и их подельники не оставляют планов создания в Центральной Азии террористического халифата, действуя с территории Афганистана, и периодически активизируют для этой цели уже созданные на постсоветском пространстве «спящие» ячейки экстремистов - «джамааты». Об угрозе, исходящей со стороны Афганистана, еще несколько лет назад заявляли заместитель министра внутренних дел России Игорь Зубов и руководитель Антитеррористического центра стран СНГ Андрей Новиков. По данным генералов, к афгано-таджикской границе (район Восточного Памира) массово осуществлялась переброска боевиков с территории Ирака и Сирии. Кроме того, как утверждают российские СМИ, «боевики из Средней Азии становятся настоящей угрозой, они к нам едут под видом гастарбайтеров».

Планы исламистов и их террористического подполья носят долговременный характер и угрожают не только Таджикистану, но и Центрально-Азиатскому региону в целом. «Мы приняли во внимание оценку исполнительного директората контртеррористического комитета ООН о том, что в результате излишков оружия, поступающего из зон политической нестабильности, в регионе стимулируется торговля по принципу «оружие за наркотики», усугубляемая фактором недостаточной защищенности границы», - заявлял в связи с этим руководитель Антитеррористического центра СНГ Андрей Новиков.

Параллельно с этим «Исламское государство» налаживает с территории Афганистана связи с боевиками на Северном Кавказе. Примечательно, что ключевые должности в руководстве «ИГ», ранее занимавшиеся только арабами, теперь занимают выходцы из постсоветской Средней Азии и российского Кавказа.

Сегодня Таджикистан, границы которого с Россией для гастарбайтеров фактически прозрачны, - это самая горячая точка на постсоветской карте, куда на север Евразии из Афганистана перебрасывают недобитых боевиков ИГИЛ. Экстремисты таджикского происхождения не жалеют ни своих, ни чужих жизней как внутри Таджикистана, так и за его пределами. И сообщения об этом все больше напоминают сводки боевых действий с антироссийской и экспансионистской подоплекой в т. ч. потому, что в качестве мишени для атак экстремисты пытаются выбирать 201-ю российскую военную базу и русские школы Душанбе.

В связи с тем, что на таджикско-афганской границе потенциально зреет новый очаг напряженности, несомненным позитивом в противодействии этому может стать реакция ОДКБ. Тем более что определенные основы для нейтрализации негативных тенденций уже заложены. В частности, еще в начале прошлого года на встрече секретаря Совета безопасности РФ Николая Патрушева с новоназначенным тогда на пост генсека ОДКБ Станиславом Засем был рассмотрен вопрос о формировании Единого списка организаций, признанных террористическими в государствах-членах ОДКБ. Это очень важный и крайне насущный с точки зрения безопасности и подходов к борьбе с терроризмом вопрос. Ответ на него способен решить такую проблему, как законное существование той или иной организации в одной из стран ОДКБ, в то время как в другой стране она запрещена.

Вот лишь один пример: в России запрещена международная исламская радикальная организация «Таблиги Джамаат» («Таблиг»), а в Киргизии она действует совершенно легально.

Примечательно, что решение сформировать единый список террористических организаций и разработать так называемый модельный закон для стран ОДКБ об информационном противодействии терроризму и экстремизму парламентарии из России, Армении, Белоруссии, Казахстана, Киргизии и Таджикистана приняли еще в конце октября 2018 года на состоявшемся в Москве заседании Совета Парламентской ассамблеи Организации Договора о коллективной безопасности.

На сегодняшний день все постсоветские государства, входящие в Организацию договора о коллективной безопасности, сталкиваются с общими и схожими проблемами в сферах обеспечения безопасности, борьбы с терроризмом и экстремизмом. Актуальность этих вопросов подтверждается текущей ситуацией вблизи границ ОДКБ - речь в первую очередь о Таджикистане. Все это сегодня превращается в существенный стимул для таджикского руководства в деле формирования единого для стран ОДКБ списка террористических организаций. Как и для руководства других среднеазиатских республик региона, которым не мешало бы почаще напоминать, что еще в позапрошлом году в составляемый силами экспертов ООН рейтинг самых влиятельных боевиков-исламистов планеты вошли: таджик Убайдулло Мурадолуоглы, известный под кличкой Абу Юсуф, возглавивший крупнейшую группу, образовавшуюся после раскола джихадистского батальона «Хатиба Имам аль-Бухари», киргиз Алишер Тажибаев и узбек Сулейманов, возглавляющие еще два террористических формирования, ориентированных на экспансию и поддержку единомышленников внутри СНГ.

Сегодня исламисты активно вербуют уроженцев Таджикистана и прочих республик Средней Азии на их родных языках с помощью интернета, провоцируя выезд в зоны конфликта, сбор денег и организацию «спящих» ячеек на постсоветском пространстве. А тем временем в некоторых странах-участницах ОДКБ даже не предусмотрены нормы, на основании которых та или иная организация этих исламистов признаётся террористической. А без этого организация, признанная террористической в одной из стран организации, не может быть включена в Единый список террористических организаций в рамках ОДКБ.

Нынешняя ситуация на таджикско-афганской границе должна подтолкнуть спецслужбы государств-членов ОДКБ к тому, чтобы вывести взаимодействие в части борьбы с терроризмом на новый уровень, а сами эти государства – к ликвидации законодательных пробелов, из-за которых организации, признанные террористическими в одной из стран ОДКБ, могут легально существовать в другой.

Сергей Николкин, политолог

Источник