Низшее образование. Киргизия как экспериментальная модель деградации

Среда, 12 марта 2014 13:42 Автор  размер шрифта уменьшить размер шрифта уменьшить размер шрифта увеличить размер шрифта увеличить размер шрифта
Новое поколение, которому предстоит вершить судьбу евразийского пространства, на подходе — сидит за партами. О значимости системы высшего образования кто-то ещё пытается дискутировать. Между тем, во всём мире сейчас грызут гранит науки миллионы студентов, а контролируют эту «диету» тысячи преподавателей. Значительная часть этих людей занята своим важным делом в Евразии. Так что, если кто-то засомневался в уместности пафоса первой фразы — не сомневайтесь. Уместен.

Новое поколение, которому предстоит вершить судьбу евразийского пространства, на подходе — сидит за партами. О значимости системы высшего образования кто-то ещё пытается дискутировать. Между тем, во всём мире сейчас грызут гранит науки миллионы студентов, а контролируют эту «диету» тысячи преподавателей. Значительная часть этих людей занята своим важным делом в Евразии. Так что, если кто-то засомневался в уместности пафоса первой фразы — не сомневайтесь. Уместен.

Ниже плинтуса

Число вузов растёт, а уровень «квалифицированных специалистов с высшим образованием» катастрофически падает. Эта ситуация — общая для всех республик бывшего Союза. Двадцать пять лет назад высшее образование ещё считалось особой привилегией. Сейчас — отнюдь. Почти любой может получить вожделенный диплом, а если кто-то сам не очень заинтересован, то родители заставят. Деньги решают если не всё, то многое. По простой логике вещей большое количество высших учебных заведений не может давать одинаково качественное образование, и средний, реальный уровень падает.

Многие считают получение высшего образования обязательным пунктом, мол, каждый в своей жизни должен поставить эту галочку. А где же стандарт? Где контроль? Ориентиры? Где-то там, в неопределённости. Проще говоря, нигде. В законодательстве стандарты прописаны расплывчато, а уследить за деятельностью конкретных преподавателей не могут даже ректоры, не то что профильное министерство. На журналистский вопрос «Где можно найти документы, определяющие стандарты преподавания в вузах?» в приёмной вышеозначенного ведомства отвечают загадочно: «Это вы о чём?».

Не числом, а умением

Счётная палата Киргизии в своих отчётах указывает, что в сфере высшего образования насчитывается 52 вуза, плюс 8 филиалов российских учебных заведений. Это после кампании по отзыву лицензий у университетов, институтов и академий, которая была развёрнута в последние годы. По бывшим союзным республикам — явный рекорд. Не дотягивает (в пересчёте на душу населения) ни одна. Половина выпускников в ходе социсследования призналась, что получали зачёты за взятки. И это ещё только те, которые признались.

«Эту нишу, где вузы использовали коррупционные механизмы зачисления, мы приостановили. Но сказать, что полностью её искоренили, мы не можем. Известно, где есть щели. Они сохранились там, где в вузах остались дополнительные внутренние испытания. С коррупцией мы боремся, коррупционные схемы вскрываем», — комментирует министр образования Канат Сыдыков.

Президент Киргизии Алмазбек Атамбаев, как пишет пресса, тоже считает систему образования устаревшей: школьная программа перегружена, и одновременно ученики и студенты лишены доступа к современным учебным программам и технологиям.

То есть диагноз ясен давно. Но это ещё не всё.

«Порядочный человек не может иметь своей позиции»

Потребность делать своё дело качественно, а не только искать способы лёгкого (и незаконного) заработка существует, несмотря ни на что. Преподаватели периодически повышают квалификацию. Как могут и где могут. Чаще всего на тренингах всевозможных западных НПО — просто потому, что других нет. Полученные навыки несут студентам. Показательно, что именно гуманитарные специальности (а их изучают все) «поддерживаются» таким образом, технические — нет. Новым технологиям по части преподавания физики и математики западные НПО почему-то не обучают.

По роду деятельности автору этих строк периодически приходится вести занятия по гуманитарным дисциплинам в сводных группах. Например, журналистские курсы российского фонда «Евразийцы — новая волна», в котором я работаю, посещают студенты из разных университетов. Недавно на одном из занятий произошёл очень показательный диалог. Речь шла об этике, и журналистской, и общечеловеческой.

— Нас учат, что журналистика должна быть непредвзятой…

— А какой смысл вы вкладываете в это понятие?

— Журналист должен подавать все факты без своей позиции.

— То есть?

— То есть нейтрально. Толерантно. Терпимо к любым социальным проявлениям, к любым событиям. Без своего мнения. Без своей позиции.

— Всякие события бывают, ведь так? Куда же её девать, свою позицию? Как вас учат с ней поступать?

— Порядочный человек не может иметь своей позиции…

Вот так. Масса образованных специалистов, с которыми можно делать всё, что угодно, уже подготовлена. Оценка, рефлексия, обдумывание — всё в прошлом. Порядочный человек не может иметь своей позиции. Навык осмысления не просто не привит, он — преступен. Быть категоричным — плохо. Иметь свои ценности — недопустимо. Вот самая страшная угроза, по сравнению с ней падение общего уровня преподавания сложных дисциплин — милая особенность переходного периода. Думается, такая «концепция» прижилась не только в Киргизии, но и в прочих постсоветских республиках.

Нужно больше «непорядочных» людей

Разумеется, всем студентам не прикажешь завтра иметь свою позицию (не говоря уж о тех, кого успели за это время успешно выпустить). Однако подобные благоглупости стоит хотя бы перестать внушать новым студентам. Порядочный человек, не имеющий собственной позиции, — это ведь уже даже не оксюморон.

И хуже всего — звериная серьёзность, с которой произносится это глумление над здравым смыслом. Скажите, зачем мы сами воспитываем специалистов, у которых на полочке «личное мнение» — пустое место? Да, с одной стороны, такая полочка очень удобна: можно положить что угодно. Но кто сказал, что нам удастся это сделать первыми?

Да и потом, много ли стоит такая «вложенная» позиция с точки зрения задач, стоящих перед нами? Тем, кому предстоит развивать евразийский проект, нужны навыки проективного мышления, а следовательно — умение самостоятельно формулировать позицию по большинству возникающих вопросов.

Выход — в укреплении информационной безопасности и возрождении общих стандартов высшего образования. Это задача, с которой государства евразийского интеграционного проекта могут справиться только сообща. В национальных квартирах, поодиночке, на это не хватит средств и научной базы.

Кстати: смелость желать собственного будущего для своей страны — это тоже своя позиция. Позиция, которой высшая школа перестала учить.

Автор: Светлана Бегунова
Источник: odnako.org 

Прочитано 193 раз
Оцените материал
(0 голосов)

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

  • Популярные
  • Комментарии