Литовского диссидента Палецкиса приговорили к 6 годам тюрьмы за инакомыслие

Суд Литвы приговорил диссидента Альгирдаса Палецкиса к 6 годам тюрьмы. В суде сочли, что такого наказания он заслуживает за «шпионаж» в пользу России, хотя внятных доказательств так и не прозвучало. Многие сочли, что Палецкису, и без того находившемуся в узилище с октября 2018-го по апрель 2020-го, мстят за вольнодумство и за дерзость усомниться в принятой в Литве официальной версии событий, имевших место в январе 1991-го у телебашни Вильнюса. Палецкис не согласен с тем, что погибших там людей убили советские военнослужащие, за что и поплатился.

Доказательства где?

По версии властей, Палецкис по заданию российских спецслужб собирал информацию о работниках литовского суда, вынесших очные и заочные приговоры бывшим советским военнослужащим, находившимся в Вильнюсе в январе 1991-го. Дескать, он специально посещал РФ, чтобы получить там шпионское задание. Но сам Палецкис утверждает, что ездил в Россию как журналист, поскольку пишет книгу о событиях 13 января 1991 года. По уверениям Палецкиса, после всего, что произошло, досконально разобраться в том, что произошло у вильнюсской телебашни,  для него вопрос чести.

Он отрицает, что собирал сведения о литовских судьях и прокурорах. «Нет, это неправда. Не собирал ни о прокурорах, ни о судьях. Другое дело, я являюсь журналистом и уже несколько лет пишу книгу о событиях 13 января в Вильнюсе. И вот в процессе работы над этой книгой, над её написанием я встречался с участниками событий 13 января 1991 года в Вильнюсе, проживающими в России и в Белоруссии. Мне было интересно услышать их мнение. Но это моё право как журналиста. Я по профессии журналист-политолог. Судьба так распорядилась, что меня интересует тема событий 13 января 1991 года в Вильнюсе. Я имею на это право. А те обвинения, которые мне предъявлены, они в суде, думаю, всем станет ясно, покажутся несерьёзными», – объяснял ранее диссидент.

Палецкис не согласен и с предъявленным ему обвинением в том, будто он искал медицинских работников, которые за оплату представили бы «липовые» справки о плохом состоянии здоровья Юрия Меля. Этот гражданин России, в январе 1991-го служивший в советской армии, в марте 2014-го был схвачен по приказу властей Литвы и с тех пор содержится там в тюрьме.

«Этого не было. Это, наверное, кто-то другой наговорил, другой человек, который также является подозреваемым в данном деле – Деймантас Бертаускас. Его поймали, посадили, как и меня. Правда, нас посадили в разные камеры. Но потом он не выдержал оказываемого на него давления и начал что-то наговаривать», – пояснил Альгирдас Палецкис.

Действительно, его бывший знакомый Бертаускас пошел на сотрудничество со следствием. Как выяснил Палецкис, 10 октября 2018 года полиция задержала Бертаускаса за скачивание в интернете картинок с детской порнографией. «Не хотел человек в тюрьму, я его понимаю. Поэтому стал меня оговаривать и тайно сотрудничать со спецслужбистами и прокурорами. Он даже не скрывал этого в суде. Об этом свидетельствуют и другие документы по делу» – подчёркивал Альгирдас.

В мае прокурор Вилма Видугирене потребовала приговорить Палецкиса к 9 годам лишения свободы. Диссидент написал открытое письмо, в котором отмечает, что прокуратура с самого начала процесса требовала проведения тайных судебных заседаний. «Суд лишь частично удовлетворил это требование.  С другой стороны, сама прокуратура официально признала, что в моём "деле" нет никаких государственных тайн. Никаких. Тогда откуда такая тяга к секретности?» – задаётся вопросом Палецкис. Он напоминает, что его публично назвали «шпионом» уже вскоре после ареста в октябре 2018-го. «Тем самым явно нарушив презумпцию невиновности. И надавив на будущий суд. На 528 суток, т. е. на полтора года, ещё до какого-либо суда запертый в камере-одиночке, словно монах, общаясь лишь с книгами и пишущий свою, я всё ждал, когда же мне предъявят обещанные массовые улики? А именно: "нашпионенные" мной данные. Где ж они?» – резонно интересовался оппозиционер.

Он цитирует текст обвинения: «…шпионил по заданию неустановленного российского разведчика. Планировал собрать упомянутые выше данные. И поручил их сбор неустановленному лицу». Палецкис иронизирует: «Думаю, уже пора дополнить Уголовный кодекс новой статьей – "Намерение шпионить по заданию неустановленного иностранного разведчика". Наказание – как за реальный шпионаж: от 3 до 15 лет лишения свободы. В среднем те самые 9 лет. Затем я ждал конкретной информации о "сети российских шпионов". Долго ждал. До сих пор жду. Может, вы что-нибудь слышали? Полиция провела обыски у дюжины моих друзей, подозревая в них членов "шпионской сети". Но доказательств так и не нашли. В противном случае уже давно бы представили обществу. Ну ведь наверняка же?» – вопрошает «смутьян».

Суть конфликта

В отсутствие реальных доказательств против себя Альгирдас находил логичным, что прокуратура настаивала на закрытых судебных заседаниях и что она потребовала вернуть его в тюрьму. «В этом случае, как говорится, все концы в воду. Только так прокуратора может как-то "оправдать" моё прошлое полуторагодичное тюремное заключение ещё до всякого суда. Палецкис ведь виновен – чего вы хотите? Какие ещё могут быть вопросы? Но один вопрос был и будет. Простенький такой. Уголовный кодекс иногда рассматривается как эталон письменного стиля. Поскольку он точен и лаконичен. Его 119-я статья таковой и является: шпионажем занимался тот, кто собирал данные для иностранной разведки. Здесь ключевое слово "собирал". Но прокуратура так никому и не представила, что же я "насобирал" о должностных лицах, расследовавших вильнюсские события, либо о заключённом Меле. Очевидно, она полагает, что со мной нечего возиться – хватит и абстрактных обвинений. Но, может, хотя бы общественность имеет-то право знать, за что хотят на девять лет вернуть в тюрьму гражданина Литвы?» – взывал Палецкис.

Он считает, что в основе его конфликта с политической элитой Литвы лежат два вопроса, по которым их позиции кардинально расходятся. «Первый – социальная справедливость. Моё мнение: нынешняя власть не обеспечивает элементарной социальной справедливости большинству работающих людей. Второй вопрос – отношения с Россией. Меня и моих сторонников абсолютно не удовлетворяла пропаганда войны с Россией, в которой власти сегодня так преуспели. По этим двум пунктам мы серьёзно разошлись с моими оппонентами, и у меня вскоре начались большие проблемы», – говорит Альгирдас.

Он особо подчёркивает, что в октябре 2018 года в Литве обыскали и задержали сразу 11 человек, после чего литовские спецслужбы объявили о раскрытии «российской шпионской сети». Однако обыски у этих людей ничего не дали, всех отпустили, а уголовное дело по шпионажу возбудили против одних лишь Палецкиса и Бертаускаса. «Это было сделано в отместку за мои слова о том, что 13 января 1991 года около Вильнюсской телебашни свои стреляли в своих», – считает Альгирдас.

Он напомнил, что высказал данную фразу на публике в 2011 году, после чего его обвинили в «отрицании советской агрессии» и приговорили к большому денежному штрафу. «Меня тогда сразу прервали на полуслове, а я хотел некоторые моменты довести до общего сведения. Вскоре за мной началась слежка. А так как я писал книгу и вёл своё журналистское расследование, это и привело в итоге к новому уголовному делу, уже по более тяжкой статье – шпионаж. Если в первый раз я отделался штрафом, то "за шпионаж" прокурор потребовала девять лет. За что? За то, что я имел дерзость дружить с русскими, брать интервью у участников январских событий 1991 года, в том числе и у бывших военных, контактировал с историками, с российскими журналистами и политологами», – говорит Альгирдас Палецкис.

Он добавляет, что литовская охранка выбивалась из сил, дабы «нарыть» на него хоть что-то. «Спецслужбы просто следили за мной, фиксируя, что я, например, покупаю в торговом центре: пять-шесть штук свеклы, три пакета семечек. Вот я сижу в пиццерии – пью чай, пишу статью. Всё сфотографировано и подробно изложено в отчетах Департамента госбезопасности. В любом шпионском деле должна же быть зафиксирована хотя бы одна передача каких-то данных, пусть даже не секретных? Но даже про прокуроров никакой информации они у меня не нашли, кроме рабочего архива моей будущей книги, где сопоставлялись разные точки зрения. И были представлены разные версии вильнюсских январских событий», – говорит Палецкис.

Признался – свободен! Не признался – получи шесть лет!

Он вспоминает, что за полтора года поменял несколько тюрем, потом угодил в тюремный лазарет, когда у него из-за суровых условий заключения начались серьёзные проблемы со здоровьем. При этом диссидент особо отмечает, что, хотя есть немало распиаренных международных организаций по защите прав человека – Альгирдас насмешливо именует их «грантоедами», они в его защиту не выступили. Сложилось у него своё мнение и о сотрудниках мест заключения, с которыми ему поневоле приходилось общаться. «Что касается работников, то большинство из них боится быть выкинутыми на улицу. Поэтому эмоций никаких не высказывают, просто работают. Но, может быть, женщины оказались чуть более общительными. Порой они даже умудрялись всучить мне стаканчик кофе, который в тюрьме не положен – только чай. Или от себя добавляли к чаю конфетки… Я же десять месяцев вообще ни с кем не мог общаться, кроме адвокатов, даже звонки родным были запрещены. Эти минуты человечности с охранниками были важны мне для души. Большинство персонала наши власти сильно недолюбливают, смеются над ними. Работа у них сложная, а платят гроши», – говорит Палецкис.

Он также упомянул, что в последнее время работал над книгой о своих заключениях. «Книгу я назвал "Наручники на мысли". Я там рассказываю про многие вещи, в том числе и про своё уголовное дело, и про тюрьму, и внешнюю политику, публикую свои дневники. Мои друзья, кто читал черновики, сказали, что написано хорошим живым языком, читается легко», – рассказал диссидент.

Что ж, возможно, как это ни горько сознавать, вскоре у него может появиться свежая фактура для продолжения книги. Шяуляйский окружной суд в конце июля приговорил Палецкиса к 6 годам лишения свободы. А вот его мнимый «подельник» может больше за себя не бояться. «Признавший свою вину в этом уголовном деле и давший показания вильнюсский бизнесмен Деймантас Бертаускас освобожден от уголовной ответственности», – сообщил агентству BNS представитель суда Витаутас Йончас. Журналистка Алла Березовская возмущается: «То есть признался в шпионской деятельности – гуляй, Вася! Пока. Не признался – получи шесть лет!»

При этом многие обратили внимание на формулировку, применённую литовской прокуратурой. «В период с февраля 2017 года до октября 2018 года обвиняемые действовали в составе организованной группы с работником российской разведки и другими гражданами РФ – один из которых признан виновным в деле о событиях 13 января 1991 года в Литве (Палецкиса обвиняли в том, что он на территории РФ встречался с бывшим командиром группы советского спецназа "Альфа" Михаилом Головатовым. – А.А.). Подозреваемые за денежное вознаграждение предположительно (!!!) собирали информацию, интересовавшую российскую разведку».

Правда, приговор не является окончательным и может быть обжалован в Апелляционном суде Литвы. Этой возможностью, конечно, необходимо воспользоваться, что и будет сделано. В ближайшие дни Альгирдас подаст апелляцию, суд рассмотрит её в сентябре. Пока Палецкис находится на свободе. А вот будущее его – туманно. Наверняка, литовское государство пожелает пойти «на принцип» и сделает все возможное для возвращения Альгирдаса в тюрьму. В назидание другим возможным смутьянам…

Александр Артемьев, политолог

Источник