Для чего США и Франции нужен Карабах?

«Вторая карабахская война не решила окончательно конфликт, она изменила статус-кво достаточно радикально», — сказал ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России, главный редактор журнала «Международная аналитика» Сергей Маркедонов в беседе с Пресс-клубом «Джейран медиа».

«Исчезли такие понятия, как прежняя линия соприкосновения в 193 км, «оккупированные районы», но появились миротворцы, которых не было раньше. Но в то же время мы видим, что такой «ядровый» Нагорный Карабах в значительной части, за исключением Шуши и Гардрута, сохранился: там есть определенные чиновники, политики, есть какая-то общественно-политическая жизнь, пускай и приглушенная войной, оттененная постконфликтным урегулированием. Но есть определенные коллизии. Мы видим определенный позитивно-конструктивный настрой президента Азербайджана к российской миротворческой миссии. Мы видим процесс «истернизации» — усиливаются роли Турции и Ирана. Пока роль Штатов уменьшилась, но, я не говорю, что это окончательно. Это новая ситуация. Если раньше вопрос карабахского инцидента на линии соприкосновения можно было решить звонком из Москвы, то теперь еще и звонки из Анкары прибавляются. Я бы не спешил ставить точку, а скорее многоточие, но статус-кво изменен. Со своей стороны Азербайджан пытается его затвердить, сделать это новой реальностью. Азербайджан хочет показать «место сильного» и с позиции силы выступать в вопросах о демаркации и делимитации границ для окончательного разрешения конфликта. Это то, над чем Азербайджан работает, используя иногда и популистские методы», — сказал эксперт.

Анализируя роль Запада в урегулировании конфликта, политолог задался вопросом, насколько проблема Нагорного Карабаха занимает важное место во внешнеполитической повестке США и Европы.

«В ходе президентских выборов США это был вопрос номер один, и все ресурсы были туда брошены, тем не менее Байден отмечал, что нельзя допустить усиление роли России. Во Франции, конечно, карабахская тема не так важна, как для Штатов или России. Россия сама кавказская страна и рассматривает это как пожар в ближайшем доме у соседа, а для Штатов или Франции это далеко. Здесь, конечно, разная оптика. Для Штатов Карабах – это Турция, Иран и Россия в первую очередь. Если мы посмотрим статьи известных американских экспертов, то увидим оценки, что Россия скорее выиграла эту войну. Почему? Цинично говоря, как спорят Армения и Азербайджан для Штатов не представляет большого интереса, а вот усилится ли роль России, а если еще Россия с Турцией скооперируется или с Ираном, то это будет для американцев просто кошмар. Евразийское направление в стратегии национальной безопасности США рассматривается как критически важное, и любая инициатива без американского влияния – это вызов американским интересам. Что касается Франции, то для нее приоритет – это Средиземноморье, где есть столкновения с турецкими интересами. Поэтому получается, что Франция Карабах использует инструментально, как «гарнир к главному меню».

Для Запада карабахский вопрос не так важен, как для России, Россия наиболее активна, но любые ее ошибки будут использованы Западом для критики, для попытки интернационализировать процесс мирного урегулировании, особенно я вижу тут со стороны США потенциальные риски», — отметил эксперт.

В свою очередь соседняя Грузия проявляла малую активность в региональном измерении, фокусируясь в основном на Европейском союзе и интеграции в евро-атлантические структуры. Премьер-министр Грузии в мае посетил Баку и Ереван, таким образом проявив интерес к перспективе новых региональных проектов.

«Грузия, безусловно, проявляет интерес к региональной кооперации, и ее очень волнует и беспокоит любая негативная динамика вокруг Карабаха просто потому, что она боится «внутреннего Карабаха», — сказал Маркедонов.

«В стране весьма крупная азербайджанская община в Квемо-Картли, особенно Марнеули, Болниси, Дманиси, крупная и армянская община в Самцхе-Джавахети, особенно в Джавахети, прежде всего Ахалкалаки – это все граждане Грузии, симпатизирующие своим «родственникам» в Армении и Азербайджане. Грузия, действительно, была менее активна на региональном направлении, больше пытаясь говорить с Евросоюзом и НАТО. Позволю себе процитировать автора статьи для журнала «Международная аналитика», которая была посвящена особенностям грузинкой политики, где автор Арчил Сихарулидзе говорил о таких забытых направлениях: Грузия слишком занята западной ориентацией и подзабыла «соседское» направление. В статье, которая появится на днях, авторства Максима Керчанова о европеизме новых грузинских националистов говорится, что «европеизм» воспринимается как попытка выстроить образ «от другого» — мы часть Европы, европейской цивилизации, далекие от России. Но проблема в том, что ни ЕС, ни НАТО не гарантируют Грузии защиту от жестких проблем и вызовов. Например, когда речь идет о радикальных джихадистах, которые появляются в стране – то в Панкиси, то в Аджарии и так далее. Тут НАТО совершенно бесполезна, и мы это видели. В том числе и ситуация 2008 года – много ли помогли Грузии ЕС и НАТО? В грузинском руководстве должно быть понимание, что Запад, конечно, и красив, и деньги дает, помогает решать внутренние проблемы, но нужно наладить соседские отношения, в том числе и с Россией. Помимо Южной Осетии и Абхазии есть масса угроз, где вряд ли помогут и НАТО, и ЕС», — подытожил эксперт.

Сергей Маркедонов, ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России, главный редактор журнала «Международная аналитика»

Источник